Казахстанка продала свой стартап и стала инвестором в известном международном фонде

Продолжаем наш цикл материалов, приуроченный к 4-летию Digital Business,  «Назад в будущее». До этого мы рассказали о двух молодых стартаперах, которые уже добились серьезных результатов. К примеру, 18-летний фаундер Nozomio Арлан Рахметжанов привлек в свой проект более $6 млн инвестиций, а 17-летней основательнице Soile AI Үкілі Омаровой удалось договориться о сотрудничестве с почти 20 клиниками в трех странах. Сегодня делимся историей Назерке Калидолда из Алматы, о которой мы писали в декабре 2022 года. После работы в парижском офисе Google она вместе с кофаундерами запустила проект Exponential Program, где менторы помогали молодым специалистам с подготовкой к собеседованиям в крупные технологические компании. Первый год работы получился удачным – 21 ученица программы из 24 получили офферы, а сам стартап заработал 25 млн тенге. Однако вскоре девушка продала бизнес основательнице онлайн-школы DataBoom Екатерине Рехерт, а сама вернулась в найм. Так Назерке стала венчурным инвестором в международном фонде Sturgeon Capital. В новом интервью для Digital Business Назерке рассказала, насколько сложно было оставить свое детище, почему она решила вернуться в найм и стать венчурным инвестором. Также поговорили об особенностях работы в международном фонде, какие казахстанские стартапы уже находятся в портфеле Sturgeon Capital и кто еще может получить инвестиции.

«Когда только запускали стартап, был спортивный интерес сделать продукт с нуля»

– Как развивался Exponential Program после нашего интервью? – В 2023 году увеличили количество учеников, которым помогали с трудоустройством. Получили около 800 заявок, из которых отобрали несколько десятков. Однако процент офферов оказался значительно ниже из-за периода заморозки найма и волны увольнений в ИТ-сфере. Это сразу отразилось на эффективности бизнеса. В первом потоке основная программа была доступной – оплату брали только после получения оффера в виде процента от зарплаты. И получилось так, что на втором потоке продолжали оплачивать работу менторов, а приглашений практически не было. Команда тоже значительно выросла: появились бухгалтерия, операционный отдел, маркетинг. Им тоже нужно было платить зарплату. Чтобы не потерять клиентов и поддержать себя финансово, запустили «маркетплейс» менторов. На основную программу проходили далеко не все – конкурс составлял примерно 9-10 человек на место. Остальным предлагали альтернативу: индивидуальную платную консультацию с нашими менторами. Например, проводили имитации интервью, словно действительно проходило собеседование, а после разбирали ошибки. Среди наших конкурентов стали первыми, кто внедрил такую систему помимо менторской программы. Также пришлось пересмотреть подход к монетизации. Возникали случаи, что нам оставляли заявку, команда начинала работу, а затем человек просто пропадал. Так в компании появилась система депозитов – символическая сумма, которую возвращали в случае отказа от компании, но оставляли себе, если вдруг подопечный просто переставал выходить на связь. – Когда решили продать стартап? – Уже в 2023 году стала задумываться об уходе из Exponential Program. Казалось, что достигла  потолка. Когда только запускали стартап, был спортивный интерес сделать продукт с нуля. Все казалось новым. На второй год справлялись с волной заморозки вакансий в ИТ-сфере. И здесь тоже кипела работа – решали, как удержать проект на плаву, придумали новый продукт. Мне хотелось не сбавлять темпа. Предлагала начать поиск инвестора, развивать платформу с индивидуальными курсами. Однако кофаундеры не разделяли моего стремления. Им было комфортно идти в спокойном темпе, принимать подопечных и работать по налаженной системе. И это неплохо. Просто я хотела другого. Обсудив все, стали думать, что делать дальше. По удачному стечению обстоятельств в этот момент узнала, что моя хорошая знакомая – Екатерина Рехерт – хочет выкупить стартап. У нее уже был собственный проект – онлайн-школа DataBoom, которая ведет курсы в разных направлениях, менторские программы, буткемпы, конференции, подкасты. Обсудила потенциальную продажу с партнерами, и они поддержали это решение. К сожалению, раскрыть детали сделки не могу. Но уже в декабре 2023 года все права на проект перешли Екатерине.

«Самая большая сложность во время адаптации – снова и снова разбираться в новых отраслях»

– Чем занялись после продажи проекта? – Параллельно с подготовкой всех документов для продажи Exponential, стала думать, куда пойти дальше. Не хотела возвращаться в корпорации. Мне больше по душе небольшие компании с уютной и дружной атмосферой, где всегда знаешь, кто чем занимается. Хороший вариант появился осенью 2023-ого благодаря Арману Сулейменову. Он свел меня с партнером международного венчурного фонда Sturgeon Capital Робином Батлером. У них как раз была открыта должность инвестиционного аналитика. Мне это показалось интересным направлением, так как на 4-м курсе Назарбаев университета около 8 месяцев работала аналитиком в BeInTech Ventures – корпоративном венчурном фонде BI Group. Для них искала стартапы в сфере строительных технологий. Благодаря этому у меня было базовое понимание того, как проходят сделки между стартапами и инвесторами. Мы созвонились с Робином и командой. Чувствовала себя неловко, словно была самозванцем, ведь опыт в инвестициях у меня небольшой. Но никого это не смутило. Робин подчеркнул, что его привлек мой путь с Exponential Program и хороший нетворк в стартап-комьюнити. – Насколько тяжело проходила трансформация из стартапера в инвесторы? – Компания помогла подготовиться к новой роли. Еще до официального выхода на работу фонд оплатил базовый курс по основам бухгалтерского учета и аналитики венчурных сделок от Wall Street Prep.  Весь декабрь занималась подготовкой, а с января 2024 года полноценно приступила к своим обязанностям. Самая большая сложность во время адаптации – снова и снова разбираться в новых отраслях. Sturgeon Capital инвестирует в проекты разных направлений: строительство, ИТ, энергетика, автомобильная промышленность и т.д. Каждый стартап – фактически новое исследование. Мне нужно вникнуть в суть продукта и понять, как он работает, разобраться во всех тонкостях. Это было нелегко. Параллельно продолжала углубляться в сферу венчура через курсы. Проходила интенсивную программу от Оксфордского университета «Venture Finance». Также 4 месяца обучалась механике успешного инвестирования на курсах VC Unlocked, которые проводила венчурная компания 500 Global. Там рассказывали про анализ инвестиционных стратегий, стадии финансирования и оценку стоимости бизнеса. – Расскажите немного о самом Sturgeon Capital. Какими деньгами располагает фонд, сколько стартапов в портфеле, какие средние чеки? – Общий объем капитала под управлением Sturgeon Capital составляет $300 млн, а совокупный портфель включает более 40 проектов. Сейчас вместе с коллегами развиваю фонд SEO II с целевым объемом $25 млн, который ориентирован на азиатские стартапы. С 2025 года уже заключили 11 сделок. Чек варьируется от $500 тысяч до $2 млн на seed-раунде.

«Приходится много путешествовать, чтобы оставаться в курсе происходящего на локальных рынках»

– За что конкретно отвечаете в Sturgeon Capital? – В команде фонда 5 человек. Все занимаются своими регионами и задачами. Моя работа охватывает весь инвестиционный цикл с проектами из Центральной Азии. Занимаюсь поиском стартапов в регионе и проведением due diligence, а также защитой сделок перед инвестиционным комитетом и их последующим закрытием. Также постоянно поддерживаю контакт с портфельными компаниями. – Удалось ли уже заключить сделки с казахстанскими проектами? – Среди наших портфельных стартапов есть ИИ-платформа для автоматизации и оптимизации строительных процессов Surfaice. Ее запустил казахстанец Алим Удербеков, который сейчас живет в Пало-Альто. С ним познакомилась, когда делала первый стартап L'accent. Он тогда очень помог советами по организации рабочих процессов, так как уже имел собственный проект «ГдеМатериал», который успешно работал на рынках Казахстана и России. Когда устроилась в Sturgeon Capital, вновь увиделась с Алимом в марте 2024 года. Он рассказал, что начал новый стартап Surfaice. На тот момент MRR проекта составлял $30 тыс. Но вот история была слабовата – стартап существовал всего 3 месяца, а уже хотел привлечь инвестиции. До этого фонд не инвестировал в компании на столь ранних стадиях. Проблемой в работе с Surfaice было доказать, что это стоящая инвестиция. Старалась приводить как можно больше фактов об их доходе, потенциале, предыдущих проектах и фаундере. В ход шли даже фразы: «Сама бы вложилась в этот проект, если бы были деньги». Все получилось. Surfaice стал первым привлеченным мной стартапом, который получил $800 тысяч инвестиции от Sturgeon. – Какие стартапы сейчас ищете в Казахстане? – На самом деле нам неважно, в какой именно индустрии работает стартап, главное – чтобы он умел сверхэффективно распоряжаться деньгами и быстро рос без гигантских затрат. В остальном придерживаемся тех же критериев, что и для других регионов: стартовая сумма инвестиций от $500 тыс., и чтобы фаундер родился или жил в Казахстане. – Есть ли какие-то сложности в работе, например, в поиске стартапов для фонда? – Мне приходится много путешествовать, чтобы оставаться в курсе происходящего на локальных рынках, знакомиться с предпринимателями и понимать, какие тренды формируются в разных частях мира. В этом, наверное, и есть самая большая сложность. Хотела бы поменьше перелетов, так как порой приходится посещать 3 страны за неделю. По этой же причине в феврале 2026 года переехала из Парижа в Астану. Летать в Алматы, Баку, Ташкент, Бишкек или Тбилиси намного быстрее и легче из столицы.

«Продолжаю выполнять свою миссию – быть полезной для общества»

– Не жалеете, что сменили стартаперскую жизнь на работу в венчурном фонде? – Нет. Думаю, даже рада такому стечению обстоятельств, ведь продолжаю выполнять свою миссию – быть полезной для общества и создавать возможности там, где их было мало. Когда создавала и развивала Exponential, хотела не просто стать фаундером, а помогать соотечественникам получить работу за границей. Проект открыл десяткам молодых специалистов дорогу в большие корпорации и дал возможность развить свой потенциал. Сейчас продолжаю делать то же самое, но в другом направлении. В нашем регионе огромное количество сильных и умных ребят-стартаперов. Хочу привлечь для них масштабные инвестиции в регион, чтобы помочь локальным проектам выйти на глобальный уровень. Для меня это не просто работа, а системное развитие нашей экосистемы. В будущем может начну свой новый стартап. Мне часто говорят, что была хорошим фаундером. Да и сама хочу опять построить что-то с нуля. Но пока ничего менять не планирую. – Можете рассказать, как на вас отразился материал в Digital Business 3,5 года назад? – Пользуясь случаем, поздравляю команду Digital Business с днем рождения! Хочу сказать огромное спасибо за вашу работу. Для меня, как для специалиста, чья деятельность связана с людьми, ваше издание – незаменимый инструмент. Очень выручает возможность зайти на сайт, чтобы узнать больше о новых интересных личностях и быть в курсе того, кто есть в нашей индустрии. Отдельная благодарность за то, что пишете про стартапы и менторские инициативы Exponential. Очень ценно, что берете интервью у наших подопечных, которые успешно проходят отбор в крупные технологические компании. Благодаря статьям можем наглядно рассказывать об их историях успеха. Вы делаете колоссальную работу для всего казахстанского ИТ и бизнес-сообщества. Процветания вам и новых крутых материалов!

Источник: digitalbusiness.kz