Казахстанка получила работу в лондонском офисе Google, где новичкам платят от $150 тысяч в год

Жанель Турлыбаевой 28 лет. В свое время ИТ-сферу она выбрала из прагматизма, оставив мечты о карьере модельера. Ключевой момент произошел на третьем курсе КБУТ, когда девушка увлеклась Android-разработкой. Сейчас Жанель живет в Великобритании и работает на позиции Software Engineer в лондонском офисе Google. Она отвечает за Android Switch — это системное приложение, которое помогает миллионам пользователей переносить данные на новые смартфоны. В интервью Digital Business Жанель рассказала, как подготовка к собеседованию в BigTech стала второй работой, благодаря чему можно добиться предложений от Meta, Amazon и Booking.com и как опыт в 1Fit и Mycar помогает выдержать темп мировой корпорации. Также поговорили о стоимости жизни в Лондоне, рыночном уровне компенсации в индустрии, неформальной обстановке в Google и планах на будущее.

«Переработки и срочные исправления казались нормой, но именно этот опыт сильно прокачал»

— Специальность «Информационные системы» в КБТУ выбрала по рациональным причинам: видела перспективы в ИТ. Но эмоционально тогда больше привлекали другие направления. Например, очень любила шить и думала о профессии модельера-конструктора. Еще были интересны международные отношения. Думаю, это нормально в 18 лет хотеть всего и сразу, но при этом не знать, куда двигаться. В итоге остановилась, как тогда казалось, на одной из самых легких технических специальностей — без работы с железом и сложной физикой. Работать начала с третьего курса. Однажды на занятии заметила, как однокурсник на лекции программирует Android-приложение. Мне стало интересно: расспросила его, как все устроено, и решил попробовать освоить это направление. Устроилась стажером Android-разработчика в 1Fit. Это был комфортный старт: основатели компании преподавали у нас в университете, что помогло мягче войти в индустрию. Позже получила работу в Codebusters — это аутсорс-компания, связанная с фаундерами 1Fit. Там проработала около двух лет. Затем попала в SprintSquads, а после — в Mycar, где пробыла вплоть до переезда в Лондон. В аутсорс-командах задачи приходили от клиентов. Как Android-разработчик отвечала за функциональность, качество приложения и релизы. Например, в проекте для футбольного клуба работала над добавлением функции подписок на матчи. В Mycar уже был продуктовый формат: задачи ставились внутренними продакт-менеджерами. Я была одной из ответственных за Android-приложение. Работали над функциональностью «гаража» и интеграцией взаимодействия с дилер-центрами внутри приложения. Опыт в стартапах — это всегда быстрый темп разработки и высокие риски ошибок. Переработки и срочные исправления казались нормой, но именно этот опыт сильно прокачал. Один случай во время работы в Codebusters особенно запомнился: в день крупного события приложение дало сбой, и люди не могли попасть на стадионы по билетам. Быстро устранили сбой, и, к счастью, все заработало.

«В какой-то момент просто засмеялась, понимая, что заваливаю собеседование»

— Решение податься в BigTech было спонтанным. Во время учебы было много примеров, как наши студенты проходили стажировки в мировых ИТ-гигантах, а некоторые выпускники туда устраивались после университета. Это делало возможность работы в технологической корпорации реальной и для меня. Рассматривала в основном европейские вакансии, более реалистичные с точки зрения релокации и визовой поддержки по сравнению с США. Первая попытка была сразу после бакалавриата — подалась на позицию New Grad (стартовую ступень для недавних выпускников вузов без большого коммерческого опыта — прим. Digital Business) в Google Poland. Это было первое серьезное техническое интервью, из-за чего сильно переживала. В какой-то момент просто засмеялась, понимая, что заваливаю собеседование и все тщетно. В итоге не прошла, но получила полезный опыт прохождения реального технического интервью. А сама идея превратилась в своего рода незакрытый гештальт. Целилась на позицию New Grad. Чтобы податься, у кандидата есть всего год после получения диплома. Я понимала, что на подготовку нужно выделить примерно 5-6 месяцев, и воспринимала это как осознанную инвестицию времени. Это тоже мотивировало не откладывать. В какой-то момент подготовка стала почти полноценной второй работой. Мой день выглядел примерно так: решала от 2 до 10 задач на платформе LeetCode, затем проходила 1-2 mock-интервью (тренировочные собеседования с другими кандидатами — прим. Digital Business) на алгоритмы, системный дизайн или поведенческие вопросы. У нас с университетским другом был один Premium-аккаунт на LeetCode на двоих в качестве экономии. Но в итоге это сыграло в еще один в плюс: следили за прогрессом друг друга, обсуждали решения, что отлично держало в тонусе. При подготовке решала много задач на динамическое программирование, а также на графы и деревья — математические модели и иерархические структуры данных. Выбирала в основном по компаниям, куда подавалась. Особенно сложным было сохранять дисциплину. Бывали дни, когда задачи не решались и казалось, что прогресса нет. Иногда на понимание и решение одной задачи уходила неделя. Очень помогали держаться на плаву обсуждения задач или mock-интервью в Telegram-сообществах с другими ребятами, которые искали работу. Чтобы снизить уровень стресса перед собеседованиями в те места, куда действительно хотела попасть, специально проходила интервью в компании, которые были для меня менее приоритетными.

«Через час после финального интервью в стране исчез интернет на неделю»

— Спустя полтора года после первого провала решила попробовать еще раз. К этому моменту за плечами были месяцы интенсивной подготовки. Еще адаптировала резюме под нужные роли, искала рефералы и активно откликалась на подходящие вакансии. В этот раз произошло то, чего вообще не ожидала: получила офферы сразу от нескольких компаний — в европейские офисы Google, Meta, Amazon и Booking.com. Из всех вариантов выбрала Google — хотелось закрыть тот самый гештальт с первым неудачным интервью. Процесс найма состоял из нескольких этапов: сначала HR-скрин, затем технический скрин, а после — финальная стадия из 5 собеседований (4 технических и 1 поведенческое). Заключительный этап отбора пришелся на январь 2022 года, когда в Казахстане начались известные события, сопровождавшиеся блокировками связи. Во время звонка интернет постоянно пропадал. Я переподключалась несколько раз и каждый раз переживала, что связь может оборваться окончательно. Это было очень нервно. Интервьюер все видел и предложил перенести встречу. Но я отказалась. Казалось, что потеряю свой шанс. Поэтому объяснила ситуацию и решила продолжать, несмотря на перебои. Это было абсолютно правильное решение. Ведь буквально через час после окончания интервью интернет в стране исчез полностью на неделю. Только в тот момент поняла, насколько сильно рисковала: согласись я на перенос, возможность была бы упущена. Несмотря на сложную ситуацию, интервьюер отнесся с пониманием, и в итоге все прошло успешно. На фоне этого стресса было сложно поверить в реальность происходящего. Все казалось чем-то очень далеким. Только после подписания оффера в лондонский офис на позицию New Grad и получения визы, окончательно осознала, что это действительно происходит.

«Для стартовых ролей уровня джуниор в Лондоне общая компенсация обычно начинается от $150 тысяч в год»

— Для стартовых ролей уровня джуниор в Лондоне общая компенсация, это можно проверить в открытых источниках, обычно начинается примерно от $150 тысяч в год. В эту сумму может входить базовая зарплата, бонусы и акции. Важно понимать, что в BigTech значительная часть компенсации приходится на бонусы и equity-компонент (акции компании). Заметила, что кандидаты чаще всего недооценивают equity. Например, с момента моего прихода в компанию акции существенно выросли. Даже на этом уровне моя зарплата была кратно больше, чем в Казахстане. Но разница не всегда показательна, потому что расходы в Лондоне значительно выше. В Казахстане зарабатывала около 1 млн тенге, что было хорошим уровнем. Поэтому, когда переехала в Лондон, разница была заметной, но не колоссальной. Однако с ростом грейда финансовая выгода становится более ощутимой. В больших компаниях есть устойчивая система повышения грейдов: податься на нее можно 2 раза в год. Для этого необходимо собрать все доказательства на нужный уровень, включая успешность проекта и обратную связь сокомандников. С переездом Google очень помогает: есть сервис, где можно выбрать нужные опции (перевозка вещей, поиск арендной квартиры или деньги). В 2022 году сумма компенсации составляла около £4000. Выбор пал на временное жилье на первые 2 месяца — это оказалось лучшим решением. При переезде и так много стресса, искать квартиру в таком состоянии не лучшая идея. А так появилось время спокойно осмотреться. Визу Skilled Worker компания также полностью берет на себя. Также Google предоставляет трехразовое питание в офисе, что помогает экономить. Налоги в Великобритании прогрессивные и составляют около 40%. Еще 30-40% от оставшейся суммы уходит на жилье. В итоге после всех обязательных трат на руках остается бюджет, сопоставимый с хорошей зарплатой в Казахстане. Этого достаточно, чтобы путешествовать, откладывать, инвестировать и комфортно жить.

«В Google инициатива может исходить от разработчика, а не только от менеджера»

— Сейчас работаю на позиции Software Engineer 3 в команде Android-разработчиков, которая занимается системным приложением Android Switch. Если вы покупали новый Android и переносили данные со старого устройства, скорее всего, использовали именно его. Наша главная задача — сделать процесс максимально плавным и надежным. Это системная Android-разработка: команда отвечает за стабильность соединения и скорость передачи данных по Wi-Fi и USB. Код пишется в основном на Kotlin и Java. Рабочий день строится вокруг текущих задач, хотя нагрузка может зависеть от этапа проекта. Есть периоды активной разработки, когда до 80-90% времени уходит на написание кода. Например, при подготовке к запуску новых фич или адаптации приложения под новые устройства, включая свежие модели Google Pixel, работа становится особенно интенсивной. В такие периоды день начинается с быстрой встречи-летучки для сверки статусов, после чего основное время уходит на разработку, тестирование и код-ревью. В другие периоды больше времени занимают встречи, обсуждение архитектуры и написание документации. Тогда на митинги уходит до 40% времени. Вообще в Google сильно развита культура неформального общения. Многие рабочие вопросы или поиск решений для сложных багов можно обсудить просто за чашкой кофе с коллегами из других команд в зонах отдыха офиса. Забавный урок: small talk на митингах. Однажды меня спросили «Как дела?», и я половину митинга подробно рассказывала, как лечила анемию, а потом поняла, что немного затянула и отвечать подробно не обязательно. Одно из главных отличий корпоративной культуры: процессы в Google часто идут bottom-up. Инициатива может исходить от разработчика, а не только от продакт-менеджера. Если замечаешь проблему, можешь предложить идею, оформить документ и обсудить с командой. В BigTech важно уметь думать шире: как твой код будет работать на миллионах устройств, какие есть компромиссы и edge cases. Правильного ответа чаще всего нет, есть набор осознанных решений. Иногда в проекте нет постоянного продакт-менеджера или аналитика, и разработчик сам берет на себя часть этих ролей. Удивило, сколько внимания уделяется документации. Перед запуском любого нового функционала автор инициативы пишет подробный дизайн-документ, который затем обсуждается со всей командой. Сначала это кажется избыточным, но со временем понимаешь, что это помогает избежать проблем и делает разработку более устойчивой. Больше всего нравится, что работаю над продуктом, которым пользуются десятки миллионов пользователей. Это дает сильное ощущение масштаба. Из сложностей — кросс-командные проекты. Иногда приходится работать с командами из Тайваня или США, что означает встречи в неудобное время.

«В долгосрочной перспективе хотелось бы внести свой вклад в развитие ИТ-экосистемы Казахстана»

— Google дает сильную среду для роста. Здесь огромное количество возможностей, как технических, так и карьерных: это и повышение грейдов, и переход с инженерных на менеджерские позиции, и смена команд. Поэтому пока интересно развиваться внутри BigTech, набираться опыта и учиться. Кроме того, компания активно поощряет внутренний активизм: за последние 3 года получается активно участвовать в различных инициативах, в том числе в организации празднования Наурыза. При этом остается мысль когда-нибудь вернуться в Казахстан. Интересно наблюдать как развивается ИТ-экосистема в Центральной Азии. В долгосрочной перспективе хотелось бы внести свой вклад в ее развитие. Как и у многих разработчиков, у меня есть несколько идей стартапов. Желание попробовать себя в собственном проекте остается. Очень близка тема здорового образа жизни: активно занимаюсь спортом, особенно люблю настольный теннис. Поэтому было бы интересно сфокусироваться на стартапе в области доступности спорта, трекинга прогресса или создания сообществ вокруг активного образа жизни. Активно менторю на хакатонах и вижу, что молодежь в Казахстане очень амбициозная. На гостевых лекциях замечаю интересный эффект: когда студенты общаются с человеком из BigTech вживую, у них появляется ощущение, что это реально достижимо. Такой «эффект присутствия» часто сильно повышает мотивацию. Основные барьеры для попадания в BigTech связаны с нехваткой опыта, что можно наработать. Для тех, кто хочет пройти HR-фильтр, советую добавить в начало резюме короткое Bio на 1-2 строки с описанием сильных сторон под конкретную роль. И не пренебрегайте нетворкингом: рефералы из LinkedIn реально помогают пройти первый фильтр.

Источник: digitalbusiness.kz